Я очнулся в воде, когда меня швырнуло обломком, и мир закрутился в мутной зелени, где не было ни верха, ни низа. Солёная вода лезла в рот и в лёгкие, лайнер над головой трещал и рвался, как консервная банка, а ветер выл так, будто смеялся. Я вырвался на поверхность, успел только заорать — и снова ушёл под воду, едва не теряя сознание от боли в ноге. Единственная мысль, которая пробивалась сквозь панику: жив. пока ещё жив. дыши.
Когда лайнер исчез, остался только океан, серое небо и перекрученный, наполовину сдувшийся кусок спасательного плота. Я вцепился в него как в жизнь, перевалился сверху и увидел невозможное — полоску берега. Не мираж. Настоящая зелень, песок, прибой. Волны всё равно пытались забрать обратно, плот переворачивало, я тонул прямо рядом с сушей, но в итоге песок оказался под ладонями. Я полз вверх по пляжу, пока не достиг сухой полосы и не отключился от усталости.
Потом пришла жажда. Сухое горло, распухший язык, и страшная правда: морская вода тебя не спасёт. Я хромаю, смотрю на разорванную штанину и рваную рану на голени — и всё равно иду в зелень. Там душно, шумит жизнь, что-то шевелится в тени, птицы кричат сверху, а в голове одна цель: найти пресную воду. И я нахожу её — ручей, мутноватый, тёплый, с привкусом земли. В тот момент мир впервые становится чуть менее враждебным.
Дальше начинается другая жизнь. Шалаш из резины и алюминиевых дуг, огонь, добытый через боль и упрямство, крабы вместо ужина и привычка разговаривать с тишиной, чтобы не сойти с ума. Ночью кто-то ходит вокруг укрытия — неясные шаги, хриплый звук, тень на стенке, и я лежу, сжимая палку, молясь, чтобы оно ушло. Днём я ищу еду, промываю рану, учусь не тратить силы зря и понимаю: остров — не спасение. Он клетка, если тебя не найдут.
Я стреляю сигнальной ракетой, когда на горизонте появляется судно… и оно проходит мимо. Тогда идея «ждать» умирает окончательно. Я чиню плот всем, что есть, называю его «упрямым» и готовлюсь к выходу в океан. Это не романтика и не геройство — это выбор без выбора. Или ты делаешь ход, или тебя уже списали.
Шторм накрывает меня в море так, будто океан решил проверить, правда ли я заслужил шанс. Молнии рвут небо, волны становятся стенами, меня смывает с плота, и я вращаюсь в воде, пока лёгкие не начинают гореть. Я на ощупь нахожу резину и вцепляюсь, выныриваю, задыхаюсь, снова лезу на настил. Потом всё стихает, и наступает странная тишина, в которой ты сидишь посреди бесконечной воды и вдруг смеёшься — не от радости, а от того, что тебя не забрали.
И с этого момента страх меняется. Я больше не боюсь острова и не боюсь океана. Я боюсь только одного: остановиться и перестать бороться.
Информация по комментариям в разработке