Святость — не нимб и не белая роль,
Не страх ошибиться, не выучка “в ноль”.
Святость — как тишина в самом ядре,
Где нет оправданий ни мне, ни тебе.
Где суд не горит и не просит меча,
Где правота — не броня палача.
Там сердце не жаждет чужой вины,
Там видят причины — и ждут тишины.
Кадош — это выйти из круга “держись”,
Где гнев — это цепи, а страх — это жизнь.
Не быть “против”, не быть “за” напоказ —
А стать тишиной, что спасает без фраз.
Христос не искал, кто достоин, кто нет,
Он видел в слепцах их потерянный свет.
И камень в руке превращался в песок,
Когда Он касался — и падал упрёк.
Он говорил: “Кто без тьмы — тот начни”,
И меркли внутри обвинений огни.
Не отменяя ни выбор, ни боль,
Он выводил из клейма и из роль.
Кадош — это жить, не цепляясь за “я”,
Где правда — не крик, а живая струя.
Не мстить, не вершить, не спасать “с высоты”,
А быть тем огнём, что не жжёт, а светит.
Святой — не безгрешен, святой — не судья,
Он помнит: у каждого — своя колея.
Он видит, как ум поднимает войну,
И гасит войну, не вступая в игру.
Когда тебя ранят — не стать их ножом,
Не выжечь ответ “пусть вам будет и то”.
А сделать шаг внутрь, где безмолвный Христос,
Где падает время и гаснет вопрос.
И если в груди загорается мир,
Ты понял: кадош — это новый эфир.
Не выше людей — просто ближе к Тому,
Кто любит без меры и светит всему.
Информация по комментариям в разработке